А вот она я
Mar. 29th, 2009 07:55 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
len55Съездила. Вернулась. Отдохнула. Забыла шо такое интернет. Нажралась сладкого. Была в двух музеях и на премьере в опере. Развиртуализировалась с .tempika , которой отдельное спасибо за сусанирование меня в "Цукерню" и кафе "Вероника". Написала два с половиной рассказа и еще набросала парочку. На Высокий Замок опять не дошла. Есть повод приехать осенью.
Погода, прямо скажем, была. В первый день снегопад -а потом три дня солнечных и +15.
Рассказы и фотки скоро вывешу, а сейчас, дети мои, я вам расскажу про оперу. Страшно сказать - Орфей и Эвридика. Кто тут может умный и мифы Древней Греции в детстве читал, тот знает, что за коромысло там у них случилось, а я - пригород и в юные годы читала Януша Корчака, поэтому если бы не чудеса цивилизации в виде бегущей строки на мониторе над сценой, я бы хрен поняла, о чем они там распинаются.
Начать с того, что там было два Орфея и две Эвридики. Одна парочка танцевала - причем танцы занимали где-то 2/3 от всей, извиняюсь, оперы, а вторая - пела. По-французски. С ужасным произношением (даже мне слышно, что ужасное) и явно не понимая, о чем поют. Потому что жесты и выражения лиц никак со смыслом не согласовывались (с этой точки зрения бегущая строка была лишней).
Точнее, пел в основном Орфей. Точнее, Орфеиха. Точнее, кроме Орфеихи больше в этой, извиняюсь, опере, практически никто и не пел. Только два раза на пять минут вышла Амуриха в камзоле французского придворного и пять минут пощебетала. Ну, Эвридика, канешна, сбацала. И еще какая-то тетка выходила, но кто она и чего вылазила - неясно. Бегущую строку как раз тогда заклинило. Зато танцевали много - и это, я щитаю, правильно. Все-таки опера.
Так вот, сначала у них там любовь-морковь, у Орфея-мужика и Эвридики-танцовщицы. Потом вышла баба с паролоновым удавом и изобразила, что змеюка куснула девицу-красавицу и та скопытилась. Тут, значит, Орфей станцевал большое горе, постучал пятками и зашел за декорации. В это время из-за кулис вышла Орфеиха и давай кричать: "Ах оставьте меня в моем горе, хочу плакать тут один". Вся массовка красиво в танце свалила на переодевание. А в массовке, кстати, состояли все жители и гости Львова, которым в зрительный зал билетов не хватило.
Массовка свалила - а тут Амуриха вышла. И, говорит, иди в загробное царство и на балалайке своей там сбацай - и Эвридика твоя. Тока смотреть на нее - ни-ни! Низзя! Сначала низзя, а потом можно. А когда уже можно, между прочим, не сказала! Везде нашего брата надуть рады.
Ну, Орфеиха лютню свою к груди третьего размера прижала и типа пошла в царство. Там дальше вообще странно было. Сначала она приперлась в ад, с чертями перетерла, шо типа я тут вся такая страдаю и жажду секса с законной женой - отдайте мне ее назад (а сама Э. в это время торпедой на заднем плане туда-сюда, и назад, с мышиным топотом). И типа играет им, играет. Но как обращаться с инструментом явно не в курсе: то к груди эту свою бандуру прижмет, то вообще где-то на повороте забудет... Не говоря уже про то, чтобы как-то ластами шевелить, когда нужно изобразить, что она на ней в данный момент играет... И вообще, повадками эта Орфеиха была - то ли глубоко голубой мужик - то ли царевна из советского кинематорграфа. В момент, когда строка вещала, что он очень храбро идет за своей мадам Э. и вообще ого-го и ничего не боится и на все готов, Орфеиха кукожилась и по-бабьи прикрывалась широким рукавом. Зачем при таком раскладе этой Орфеихе жена - не пойму.
В общем, что там... Типа очаровала она демонов, шесть девиц странной расцветки сбацали гопака и уехали под сцену и Орфеиху типа пропустили.
Дальше почему-то она приходит из ада в милое место, рай, по всем признакам. Это как из Киева в Париж через Дели сходить, я думаю. По периметру рая установлены деревья из массовки с искусственными елками из головы. Очень экономично, кстати, кому нужны идеи для сцены. И смотрится живенько.
Приперлась она туда и давай опять наяривать на своей арфе (а ума на то, чтобы ее хоть из подмышки вытащить - нету). Тут наконец выводят ей сильно потолстевшую после смерти Эвридику с лицом мадам Грицацуевой. Орфеиха ее за руку хвать - и давай типа тащить атседава. А Эвридика ей, типа, а чего это мой муж мне в глаза не глядить? Ай скрывает чего? ("В глаза не смотрит, видать двойку получил..") Орфеиха ей: ой люблю тебя, люблю, нимучай же меня.
Уходит от ответа, понимаете?
Эвридика ей: Чтойта ты меня больше не любишь!
Логика, да?
Орфеиха опять: ой люблю тебя, люблю, нимучай же меня. И типа про себя: Ах за что мне такие муки, нимагу ей сказать правду.
Так минут двадцать.
Вот почему бы, спрашивается, уже не сказать: Амуриха запретила мне на тебя смотреть, так што нивалнуйся и иди за мной. Амуриха же не запрещала говорить! Во всяком случае, если верить бегущей строке.
Хотя теперь уже, кстати, ясно, почему Амуриха сказала не смотреть: если ж глянет, то поймет, что Э. и лицом изменилась, и талия уж не та, понимаете?
Ну, в общем, препиралась они так, а потом дамочка эта мертвая решила симулировать: Все! Ты на меня не смотришь, поэтому я умираю!
И типа падает при смерти. У Орфеихи нервы и сдали! Она обернулась, на Эвридику посмотрела - та и окочурилась заново! Тут быстро какие-то феи набежали, покрыли дамочку тюлевой занавеской и ушли опять.
Ну, тут опять на три недели стонов и песен вокруг трупа - ах, как мне мучительно больно, ах я не выживу от таких страданий, где же мой кинжал.
Достает картонный кинжал - и примеряется, куда ж его воткнуть - под руку или в карман? - и тут, конечно, опять Амуриха в своем французском костюмчике. Нет, говорит, не помирай, ты доказал свою верность (нормально? оказывается, вот как верность нужно доказывать), поэтому щас Эвридика твоя оживет и можешь даже на нее смотреть, мне не жалко. Опять прибежали феи, сняли занавеску, мадам Э. вскочила, опять они все вместе спели и на этом наконец-то конец. А возни - на два часа!
Зрители, особенно польская община, хлопали стоя. Я сначала думала, они там чего-то поняли больше моего, прониклись - а нет. Оказалось, этот суперский перформанс поляк ставил, какая-то их польская знаменитость. А потом оказалось, что и Орфеиха, и все - это какие-то тоже знаменитости и это все было мало того, что премьера этой оперы во Львове, так еще и день театра, а я так удачно попала. Жалко только смеяться громко нельзя было: рядом сидели две старые польки и я опасалась побоев.
Но я не считаю этот вечер потеряным, нет. Теперь я точно знаю, что оперу не люблю. Хотя если кому нужна компания, чтоб там поржать - я всегда готова.
tempika , которой отдельное спасибо за сусанирование меня в "Цукерню" и кафе "Вероника". Написала два с половиной рассказа и еще набросала парочку. На Высокий Замок опять не дошла. Есть повод приехать осенью. Погода, прямо скажем, была. В первый день снегопад -а потом три дня солнечных и +15.
Рассказы и фотки скоро вывешу, а сейчас, дети мои, я вам расскажу про оперу. Страшно сказать - Орфей и Эвридика. Кто тут может умный и мифы Древней Греции в детстве читал, тот знает, что за коромысло там у них случилось, а я - пригород и в юные годы читала Януша Корчака, поэтому если бы не чудеса цивилизации в виде бегущей строки на мониторе над сценой, я бы хрен поняла, о чем они там распинаются.
Начать с того, что там было два Орфея и две Эвридики. Одна парочка танцевала - причем танцы занимали где-то 2/3 от всей, извиняюсь, оперы, а вторая - пела. По-французски. С ужасным произношением (даже мне слышно, что ужасное) и явно не понимая, о чем поют. Потому что жесты и выражения лиц никак со смыслом не согласовывались (с этой точки зрения бегущая строка была лишней).
Точнее, пел в основном Орфей. Точнее, Орфеиха. Точнее, кроме Орфеихи больше в этой, извиняюсь, опере, практически никто и не пел. Только два раза на пять минут вышла Амуриха в камзоле французского придворного и пять минут пощебетала. Ну, Эвридика, канешна, сбацала. И еще какая-то тетка выходила, но кто она и чего вылазила - неясно. Бегущую строку как раз тогда заклинило. Зато танцевали много - и это, я щитаю, правильно. Все-таки опера.
Так вот, сначала у них там любовь-морковь, у Орфея-мужика и Эвридики-танцовщицы. Потом вышла баба с паролоновым удавом и изобразила, что змеюка куснула девицу-красавицу и та скопытилась. Тут, значит, Орфей станцевал большое горе, постучал пятками и зашел за декорации. В это время из-за кулис вышла Орфеиха и давай кричать: "Ах оставьте меня в моем горе, хочу плакать тут один". Вся массовка красиво в танце свалила на переодевание. А в массовке, кстати, состояли все жители и гости Львова, которым в зрительный зал билетов не хватило.
Массовка свалила - а тут Амуриха вышла. И, говорит, иди в загробное царство и на балалайке своей там сбацай - и Эвридика твоя. Тока смотреть на нее - ни-ни! Низзя! Сначала низзя, а потом можно. А когда уже можно, между прочим, не сказала! Везде нашего брата надуть рады.
Ну, Орфеиха лютню свою к груди третьего размера прижала и типа пошла в царство. Там дальше вообще странно было. Сначала она приперлась в ад, с чертями перетерла, шо типа я тут вся такая страдаю и жажду секса с законной женой - отдайте мне ее назад (а сама Э. в это время торпедой на заднем плане туда-сюда, и назад, с мышиным топотом). И типа играет им, играет. Но как обращаться с инструментом явно не в курсе: то к груди эту свою бандуру прижмет, то вообще где-то на повороте забудет... Не говоря уже про то, чтобы как-то ластами шевелить, когда нужно изобразить, что она на ней в данный момент играет... И вообще, повадками эта Орфеиха была - то ли глубоко голубой мужик - то ли царевна из советского кинематорграфа. В момент, когда строка вещала, что он очень храбро идет за своей мадам Э. и вообще ого-го и ничего не боится и на все готов, Орфеиха кукожилась и по-бабьи прикрывалась широким рукавом. Зачем при таком раскладе этой Орфеихе жена - не пойму.
В общем, что там... Типа очаровала она демонов, шесть девиц странной расцветки сбацали гопака и уехали под сцену и Орфеиху типа пропустили.
Дальше почему-то она приходит из ада в милое место, рай, по всем признакам. Это как из Киева в Париж через Дели сходить, я думаю. По периметру рая установлены деревья из массовки с искусственными елками из головы. Очень экономично, кстати, кому нужны идеи для сцены. И смотрится живенько.
Приперлась она туда и давай опять наяривать на своей арфе (а ума на то, чтобы ее хоть из подмышки вытащить - нету). Тут наконец выводят ей сильно потолстевшую после смерти Эвридику с лицом мадам Грицацуевой. Орфеиха ее за руку хвать - и давай типа тащить атседава. А Эвридика ей, типа, а чего это мой муж мне в глаза не глядить? Ай скрывает чего? ("В глаза не смотрит, видать двойку получил..") Орфеиха ей: ой люблю тебя, люблю, нимучай же меня.
Уходит от ответа, понимаете?
Эвридика ей: Чтойта ты меня больше не любишь!
Логика, да?
Орфеиха опять: ой люблю тебя, люблю, нимучай же меня. И типа про себя: Ах за что мне такие муки, нимагу ей сказать правду.
Так минут двадцать.
Вот почему бы, спрашивается, уже не сказать: Амуриха запретила мне на тебя смотреть, так што нивалнуйся и иди за мной. Амуриха же не запрещала говорить! Во всяком случае, если верить бегущей строке.
Хотя теперь уже, кстати, ясно, почему Амуриха сказала не смотреть: если ж глянет, то поймет, что Э. и лицом изменилась, и талия уж не та, понимаете?
Ну, в общем, препиралась они так, а потом дамочка эта мертвая решила симулировать: Все! Ты на меня не смотришь, поэтому я умираю!
И типа падает при смерти. У Орфеихи нервы и сдали! Она обернулась, на Эвридику посмотрела - та и окочурилась заново! Тут быстро какие-то феи набежали, покрыли дамочку тюлевой занавеской и ушли опять.
Ну, тут опять на три недели стонов и песен вокруг трупа - ах, как мне мучительно больно, ах я не выживу от таких страданий, где же мой кинжал.
Достает картонный кинжал - и примеряется, куда ж его воткнуть - под руку или в карман? - и тут, конечно, опять Амуриха в своем французском костюмчике. Нет, говорит, не помирай, ты доказал свою верность (нормально? оказывается, вот как верность нужно доказывать), поэтому щас Эвридика твоя оживет и можешь даже на нее смотреть, мне не жалко. Опять прибежали феи, сняли занавеску, мадам Э. вскочила, опять они все вместе спели и на этом наконец-то конец. А возни - на два часа!
Зрители, особенно польская община, хлопали стоя. Я сначала думала, они там чего-то поняли больше моего, прониклись - а нет. Оказалось, этот суперский перформанс поляк ставил, какая-то их польская знаменитость. А потом оказалось, что и Орфеиха, и все - это какие-то тоже знаменитости и это все было мало того, что премьера этой оперы во Львове, так еще и день театра, а я так удачно попала. Жалко только смеяться громко нельзя было: рядом сидели две старые польки и я опасалась побоев.
Но я не считаю этот вечер потеряным, нет. Теперь я точно знаю, что оперу не люблю. Хотя если кому нужна компания, чтоб там поржать - я всегда готова.
