Шляпка

[len55]

 

Она заметила его дамскую шляпку. Посмеялась, пожалела: вот ведь, дурачок какой, совсем, наверное, в жизни беспомощный… Так и влюбилась.

Чертова жалость – движущая сила женской любви!..

 

До этого Юлька, пожалуй, и не влюблялась никогда по-настоящему… А хотелось такого, знаете, сильного чувства… Чтобы у-у-у-ух! Чтобы плакать и смеяться одновременно! Чтобы тебе сердце на части – а ты за это благодарить готова… Чтобы все отдать.

 

Но вот как-то никто не цеплял за струнку. А этот, со своей вот шляпкой беспомощной – зацепил.

 

Николайчик, в свои мятые сорок ни разу не женатый, проживал в съемной однобокой квартирке с совмещенным санузлом. На полу в длинной комнате – тканый половичок. И диван еще не совсем продавленный, и телевизор новый, с диагональю в двадцать один дюйм. Большего ему и не нужно было – ни от телевизора, ни от жизни в принципе.

До Юльки у него были женщины постарше. Последняя, приходящая любовница – судя по фотографии – лет сорока пяти, крашенная блондинка с пучками, торчащими из небрежной прически кукишем – ушла месяца два назад без особых объяснений. Шляпка от нее осталась – Николайчик ее и напялил, когда морозы пришли. Под руку попалась.

Он вообще по этому принципу жил. Что попалось – то и сойдет. Вот Юлька попалась – сойдет.

То есть не то чтобы по принципу, а так, не задумываясь. Как получается, так и жил, в общем.

Жил вот он своей плохонько устроенной, зато устраивающего его жизнью – и тут появилась Юлька. Выбрала его, взяла под руку и повела – казалось, как все Николайчиковы женщины брали и вели его. Но сама-то Юлька пока думала, что это она на его руку опирается, а не ведет.

То есть она заботилась о нем и все такое – бутерброды на работу заворачивала, галстук завязывала, ванну порошком отчистила… Но это же – думалось Юльке – обычное дело: мужчине нужна женская забота. А он, как мужчина – станет для нее опорой в трудную минуту. Вот как все будет, да. И пойдут они рука об руку через жизнь к закату… Или куда там люди ходят?..

 

Юлька, кстати, довольно красивая была. На нее даже в метро оборачивались. Знакомиться, правда, обычно только алкаши решались – у них с самооценкой все в порядке.

Николайчик даже все размышлял: за что она его полюбила? Может, потом и придумал бы, да только Юлька неожиданно забеременела...

 

Девушка деятельная, деловая и без лишних сантиментов, Юлька привыкла смотреть на вещи трезво, несмотря на большое чувство, питаемое ею к Николайчику. Поэтому она просто сообщила ему о положении – своем и вещей. Что, дескать, она беременна. Если хочешь – можем пожениться, не хочешь – не надо, я девушка современная, и так тебя люблю. Можем просто вместе у меня жить– не в твоей же съемной однушке ребенка растить. Думай, дорогой. Как тебе хочется? Все сделаю, как ты пожелаешь.

 

И до Николайчика дошло, что нужно принимать какое-то решение. И он заметался, как мышь в ловушке. Беспокойно стало Николайчику.

Юльку терять не хотелось. Раньше такие на него внимания не обращали, и можно думать – больше и не обратят. Счастливый случай. Карта в руки пошла. Казалось бы – хватай и держи! Но не такой человек был Николайчик, не такой…

Ведь все его предыдущие женщины никогда, никогда не занимали так много места в его сердце и не требовали так много. Они все сами решали. И за себя, и за него. А тут вот так вот сразу всю жизнь устроенную возьми и поменяй! Да еще и сам придумай, как!

А это же так сложно – решиться на что-то…

 

Он стал хуже спать и внимательнее приглядываться к Юльке: ну вот, сахар рассыпала, крошки не смела, тюбик с пастой не закрутила, в шкафу опять все с полки на полку поперекладывала… Все, все не так… Глазки интеллигенту на соседнем сиденье маршрутки явно строила, пока на билет передавала. Что-то долго вчера вечером по телефону говорила – и все «шу-шу-шу-шу» - точно, о нем, о Николайчике. Обсуждала, наверное, с мамашей своей.

И опять же: за что она его полюбила? Нет ответа. А она ведь красивая. Так он привыкнет к ней еще больше – а она раз – и уйдет к другому. Как ему тогда будет, а?

 

И ребенок этот… Что за ребенок? Зачем ребенок? И, главное, как это на его, Николайчика, жизнь повлияет? Явно все не к лучшему…

 

Мучился Николайчик. Нервным стал. Бубнил все время. Спасибо говорить перестал, когда Юлька кофе ему приносила. Один раз даже мусорным ведром в стенку швырнул. Полным.

Юлька тогда мусор в ведро обратно собрала и плакать ушла на кухню, а Николайчик за ней поплелся.

- Идиот, - всхлипнула она, измотанная его придирками, и швырнула в николайчиково рыльце посудной тряпкой. – Сколько можно?

- Я люблю тебя! – крикнул трагическим тоном Николайчик. – Но не могу тебя сделать счастливой! Не могу!

- Почему это? – сразу пришла в себя Юлька.

- Не могу! Я тебя недостоин! – нашелся Николайчик и упал на колени.

- Разлюбил– так и скажи! Я, между прочим, тебе не навязываюсь.

- Нет, я тебя люблю! Жизнь без тебя – все равно что смерть, - давил на патетику герой-любовник. И где только опыта в таких беседах набрался?... - Но моя любовь делает тебя несчастной!  Я не вправе тебя останавливать, если ты хочешь уйти от меня! Я не смогу без тебя жить – но сделать тебя несчастной на всю жизнь – это еще хуже…

- Все ясно, - поняла намек Юлька, облегченно вздохнула, собрала вещи и ушла, с легким сердцем от того, что наконец-то хотя бы все ясно – и с камнем в душе, потому что ненавидела она этого дурака!.. Всем сердцем, всей душой, всеми легкими!

- Придурок! – крикнула напоследок с порога – и хлопнула дверью так, что на Николайчика свалилась любимая чашка и, к счастью, разбилась о его дубовую башку.

 

Выйдя из такси возле своего дома, Юлька остановилась посреди двора, запрокинула голову и прищурилась. Крылышки снежинок касались лица, превращались в капли. Да, как же она ненавидела этого дурака!.. Всем сердцем, всей душой, всеми легкими, заполненными январскими минус пятнадцать – и так же всем сердцем любила, любила, любила…

- Это счастье. Я счастлива, - подумала Юлька и только собралась от полноты чувств заплакать, как кто-то свыше залепил ей комком мокрого снега точно в левый глаз.

- Блин! Пострадать толком не дадут! – крикнула она и, отряхиваясь, пошагала домой.

Чувствуя себя полноценно, то есть совершенно, то есть абсолютно, то есть идиотски счастливой.

 

Ребенок у нее родился в срок, здоровый и веселый. Ромкой назвала.

 

А Николайчика, говорят, потом обратно его предыдущая мадам подобрала. Так что он тоже доволен.

 

29.06.08